Визит Владимира Зеленского в Сербию, прошедший в начале августа, завершился для украинского президента успешно: Белград подтвердил приверженность территориальной целостности Украины и даже, вероятно, поможет с производством боеприпасов, хотя и через посредников. Судя по мощной кампании пропагандистских медиа, в Москве с ревностью восприняли переговоры Зеленского и Вучича, которые показали: Белград больше не является исключительным партнером Кремля. Приняв Зеленского, Вучич послал западным коллегам сигнал о своей геополитической полезности в условиях войны, в то же время не соглашаясь вводить санкции против России. Судя по всему, связи Белграда с Москвой продолжат сокращаться и дальше: Вучич увлечен отношениями с США и Китаем, а его политические противники в случае прихода к власти постараются ускорить интеграцию в Евросоюз.
Александр Вучич — в недавнем прошлом привилегированный собеседник Кремля. Теперь же сербский президент явно не считает, что Россия скоро одержит впечатляющую победу, которая вынудила бы его оборвать контакты с Киевом и перестать смотреть на Украину как на государство в международно признанных границах. В противном случае Зеленский на пятом году войны не оказался бы в Белграде на переговорах с Вучичем за закрытыми дверями. В своих публичных заявлениях оба лидера подтвердили взаимное признание территориальной целостности и суверенитета и дали понять, что задумываются о послевоенном будущем своих отношений.
Ключевой вопрос о сотрудничестве в военной сфере стороны оставили без ответа, однако накануне встречи появились сообщения о возможности реализации сербско-украинского проекта по созданию беспилотников, потенциально финансируемого ОАЭ. Непрямое военное сотрудничество Белграда и Киева в последние годы остается в центре внимания многих СМИ.
По оценке Financial Times, к середине 2024 года экспорт сербских вооружений и боеприпасов, косвенным путем попавших в Украину, составил примерно 800 млн евро. В мае 2025 года Вучич опровергал информацию о военных поставках, после того как российская служба внешней разведки обвинила сербскую оборонную промышленность в «попытке выстрелить России в спину».
Для некоторых аналитиков очевидно, что визит Зеленского в Белград не состоялся бы, если бы Вашингтон и другие западные страны не считали, что Украина достигла переломного момента в войне. Российские же власти попытались максимально обесценить сербско-украинский саммит через пропагандистские медиа. При этом официально Москва сместила акцент с самого факта встречи на скандальное высказывание журналиста немецкой Frankfurter Allgemeine Zeitung Михаэля Мартенса. Тот спросил у Зеленского на пресс-конференции в Белграде, что «европейцы могут сделать, чтобы помочь убить больше русских?». Этим он, разумеется, вызвал гневную отповедь российского посольства в Германии.
Кому помог «нацистский внучок»
Редакция FAZ быстро дистанцировалась от «двусмысленной формулировки», заявив, что она не соответствует редакционной политике. Но в последующие дни скандал лишь разросся. Российское посольство в Германии пригрозило Мартенсу преследованием «по линии германских и российских правоохранительных органов». И действительно, уже 15 августа в отношении Мартенса в России возбудили уголовное дело по ч. 2 ст. 282 УК РФ (возбуждение ненависти или вражды), по которому ему грозит до 6 лет лишения свободы.
А пресс-секретарь МИД Мария Захарова осудила «хваленых правочеловеков и гуманистов» за гробовую тишину в ответ на слова Мартенса. «Для как бы цивилизованного мира, — сказала Захарова, — этот нацистский внучок сказал ровно то, что они все думают, просто назвал это не „нанесением стратегического поражения России“, а буквально „убийством русских“».
Московская пресса уловила заданный Захаровой тон и постаралась снизить значение визита Зеленского до минимума. Например, «Коммерсантъ» назвал его мероприятием «предвыборного характера», увенчавшимся лишь подписанием меморандума о взаимопонимании в области сельского хозяйства.
Эту картину дополнили сербские политики с нулевым рейтингом, рассказавшие российским государственным СМИ, что «Запад ведет войну против России», что сербы могут вступить в ЕС только «как униженная нация» и что приезд украинского лидера в Белград «пошатнул» позиции Вучича перед выборами.
Словом, Москва дала понять, что от ее дипломатии не стоит ждать какого-то нетривиального хода. Свое отношение к приему в Сербии высокопоставленных гостей из Киева российский МИД четко обозначил еще месяц назад, после визита в Белград председателя Верховной рады Руслана Стефанчука.
Тогда Москва посетовала, что «враждебные антироссийские эскапады не получили должной реакции со стороны сербских организаторов». Получается, что, приняв в скором времени Зеленского, «сербские организаторы» проигнорировали недовольство российских партнеров.
Не только предвыборный трюк
Москва не имеет возможности сорвать подобные контакты, но в то же время в Кремле и на Смоленской площади, скорее всего, понимают, что чрезмерное давление на Белград подтолкнет его к дальнейшему сближению с Киевом и Западом. В этом смысле скандал с немецким журналистом пришелся как нельзя кстати: он помог российской дипломатии продемонстрировать недовольство, не напав напрямую на Вучича.
Несмотря на отказ Белграда ввести санкции против России, Кремлю не удалось вовлечь Сербию в антиукраинскую орбиту в качестве своей союзницы и остановить выстраивание ее отдельных отношений с Киевом. Визит Зеленского, сопровождавшийся постоянными напоминаниями в прессе о непрямом военном сотрудничестве Белграда и Киева, — довольно яркое подтверждение этого факта.
Несмотря на отказ Белграда ввести санкции против России, Кремлю не удалось вовлечь Сербию в антиукраинскую орбиту
Теплый прием, оказанный в Белграде Зеленскому, вопреки некоторым оценкам, все-таки не является простым «предвыборным трюком», направленным на успокоение Брюсселя и европейски ориентированного электората. Этот визит долго и тщательно готовился (не говоря о том, что официального старта предвыборной кампании в Сербии еще не было).
В последние годы политические контакты Белграда и Киева усиливались. Это и встречи Вучича и Зеленского на полях международных саммитов, и визиты высокопоставленных украинских чиновников, в том числе министра иностранных дел Дмитрия Кулебы, и две поездки Вучича в Украину чуть более чем за год.
То, что дело идет к официальной встрече с Зеленским, стало ясно еще во время майского визита вице-премьера Тараса Качки в Белград, когда была подтверждена готовность сербского руководства поднять отношения на новый уровень и ускорить работу над соглашением о свободной торговле. И если уж говорить об интересных временных совпадениях, то тот визит совпал с первыми учениями НАТО и Сербии на сербской территории, которые в Белграде особо не афишировали. К слову, с Россией Сербия военных учений не проводит с 2022 года.
Избегая выбора между Киевом и Москвой
Хотя визит Зеленского не меняет кардинальным образом сербскую внешнюю политику, он стал одним из самых заметных дипломатических событий последних лет на Балканах. Визит подтвердил, что Сербия, несмотря на традиционные политические, энергетические и иные связи с Россией, готова поддерживать диалог с Украиной и как со страной — кандидатом в ЕС, и как со страной, нуждающейся в помощи в условиях войны.
Сербские власти не собираются делать некий выбор между Киевом и Москвой. При этом они готовы совмещать гуманитарную помощь и контакты за закрытыми дверями с Украиной, с неучастием в санкционной кампании Запада против России, которая для Сербии остается поставщиком газа.
Для критиков Вучича это выглядит как противоречивая и неискренняя позиция. Так, черногорский премьер Милойко Спайич на днях обвинил сербского лидера в двойных стандартах, задав ему в соцсетях вопрос: «Как так получается, что Сербия является одним из важнейших источников оружия и боеприпасов для Украины, посылая при этом России один сигнал, а Европе — другой?» Для самого же Вучича — а он является центром принятия ключевых решений — это не противоречие, а удобная политика балансирования.
Для Вучича сотрудничество и с Москвой, и с Киевом — не противоречие, а удобная политика балансирования
Вучич пытается развивать отношения с конкурирующими державами, избегая при этом обязательств, которые бы исключили другие варианты. Такой взгляд на мир не предполагает геополитического поворота. Визит Зеленского лишь поможет Белграду расширить пространство для маневра, сохраняя элементы своей политики и в отношении западных стран, и России.
Вучич демонстрирует Евросоюзу и США свою полезность во время войны в Украине, при этом без формального разрыва с Россией. Некоторые аналитики видят тут попытку заручиться поддержкой администрации Трампа, а для этого необходимо показать стратегическую ценность Сербии для Вашингтона. Эти усилия стали всё более заметны с началом в последние месяцы американо-сербского стратегического диалога.
Как Вучич видит войну и мир
Внешняя политика Сербии все эти годы воспринималась за рубежом скорее как пророссийская, и это восприятие сохранится даже после визита Зеленского. Исследование Белградского центра политики безопасности показало, что нарратив, представляющий Украину как марионетку в войне между Россией и Западом, доминировал в сербской проправительственной прессе с начала 2022 года по середину 2025 года.
Повторяя кремлевскую риторику, подконтрольные сербским властям издания изображали Зеленского как нелегитимного президента, представляя Украину как страну, подчиненную НАТО и Западу. Коррупционные скандалы с участием ближайшего окружения Зеленского раздувались местными таблоидами, которые писали, что украинское руководство полностью скомпрометировано.
В тени остались многие другие факты, касающиеся собственно отношений Белграда и Киева: Сербия поддержала резолюции ООН, подтверждающие суверенитет Украины, приняла украинских беженцев и оказала финансовую, гуманитарную и энергетическую помощь. Ее объем сербские власти оценивают в 60 млн евро.
После визита Зеленского Вучич сообщил, что Сербия «ничего не потеряла», приняв украинского лидера, и что «Украина никогда не была враждебной страной». При этом он добавил, что удовлетворен сотрудничеством с Вашингтоном и Пекином, а также тем фактом, что Сербия «не разрушает дружеских отношений с Россией». К слову, именно Соединенным Штатам и Китаю Вучич отводит ключевые роли в мире. Менее значимыми центрами силы он считает Евросоюз и Россию. Собственно, активизации контактов на китайском и американском направлениях и посвящены основные усилия официального Белграда в последние годы.
Именно США и Китаю Вучич отводит ключевые роли в мире, менее значимыми центрами силы он считает ЕС и Россию
Для Украины, основные партнеры которой находятся в Евросоюзе, такая ориентация Белграда не имеет существенных последствий. Впрочем, приход к власти в Сербии ориентированной на интеграцию в ЕС оппозиции был бы для нее более благоприятным вариантом.
Для России же, которая претендует на серьезное влияние на Балканах и более тесные отношения с Сербией, ситуация обстоит сложнее. Сближение Белграда с Пекином и быстрый рост китайских инвестиций еще раз подчеркивают ограниченность возможностей России, тем более в условиях войны. Пекин, не требующий (в отличие от Кремля) отказа от евроинтеграции, по сути, забрал у Москвы роль ключевого партнера на Востоке.
Не менее болезненный для России момент — сближение Белграда с США и ставка на стратегический диалог. Тем более что новая, более прагматичная стратегия США на Балканах нацелена на вытеснение России из региона как значимого энергетического игрока.
