14 июня представители Ирана и США подписали меморандум о взаимопонимании, который, как ожидается, будет означать завершение конфликта, длящегося с конца февраля. После заключения перемирия в начале апреля Вашингтон практически лишился рычагов давления на Тегеран, который продолжал зарабатывать на контроле над Ормузским проливом. Ослабление санкций в отношении иранской нефти из-за скачка цен позволило Исламской Республике продавать топливо по ценам выше довоенных. Решить эту проблему США попытались с помощью блокады иранского судоходства, однако из-за промедлений в ее установлении Тегеран смог вывести в море достаточно танкеров, чтобы продолжать экспортировать нефть еще несколько месяцев. Завершение войны и открытие Ормузского пролива ведет к падению цен на нефть и возвращению санкций, поэтому Иран не пойдет на мирную сделку без значительных уступок США, считает старший научный сотрудник Королевского объединенного института оборонных исследований (RUSI) Антонио Джустоцци.
После заключения с Ираном соглашения о прекращении огня 8 апреля США быстро поняли, что возможностей добиться от него уступок на переговорах практически не осталось. Исламская Республика тем временем продолжала извлекать выгоду из контроля над Ормузским проливом, разрешая танкерам проход только в случае уплаты сбора в $1 за баррель перевозимой ими нефти. Администрация Дональда Трампа сочла лучшим ответом на это введение собственной блокады иранского судоходства.
С самого начала войны в феврале 2026 года США сосредоточили в водах вблизи Ирана крупную группировку военных кораблей, но поначалу не пытались блокировать морские пути — возможно, рассчитывая на скорый коллапс режима аятолл. В первые недели конфликта Тегеран продолжал экспортировать нефть и принимать в своих портах грузовые суда, причем некоторые из них перевозили вооружения и компоненты для них.
США объявили блокаду лишь через пять дней после заключения перемирия, 13 апреля. Еще некоторое время потребовалось, чтобы ее развернуть. По словам источника в Корпусе стражей исламской революции (КСИР), за первые сутки американской блокады через Ормузский пролив прошли несколько десятков иранских судов, а в последующие 12 часов — еще около 10, в том числе находящиеся под санкциями.
США разворачивали в основном пустые танкеры, которые возвращались в порты Ирана, тогда как танкеры, вывозившие нефть, не трогали. Такое решение, по-видимому, объяснялось стремлением избежать человеческих жертв или нефтеразливов. Тегеран в свою очередь предупредил, что атака на любое иранское судно будет означать срыв режима прекращения огня.
По данным источников, за первые сутки американской блокады через Ормузский пролив прошли несколько десятков иранских судов
В первые дни блокады Соединенные Штаты ограничивались угрозами, но затем начали захватывать суда. Первый такой случай произошел 19 апреля, когда американские силы задержали контейнеровоз Touska. За следующую неделю были остановлены еще четыре иранских судна. Однако этих мер, видимо, оказалось недостаточно для полноценного обеспечения блокады, и ВМС США перешли к силовому воздействию.
6 мая американский флот атаковал первое торговое судно Ирана — Hasna. В последующие дни ударам подверглись еще два иранских судна, а затем, после трехнедельной паузы, США начали атаковать и суда, ходившие под ложными флагами.
В ответ Тегеран ударил по американским кораблям ракетами и беспилотниками. Однако эти атаки, судя по всему, носили скорее предупредительный характер: их масштабы были слишком малы, чтобы нанести какой-либо ущерб. Так или иначе, США добились своей цели: опасаясь их ударов, большинство капитанов разворачивали суда, несмотря на призывы Ирана не подчиняться американским требованиям. К концу апреля бóльшая часть пустых танкеров не смогла вернуться в Иран для новой загрузки. К июню блокада коснулась почти всех судов, входивших в Персидский залив или покидавших его.
Иран воспользовался медлительностью США
Промедление Вашингтона с введением блокады позволило Тегерану выиграть время. К 13 апреля на иранских танкерах, рассредоточенных в водах Восточной и Юго-Восточной Азии, оставалось около 170 млн баррелей нефти. При тогдашних объемах экспорта этих запасов хватало на четыре-пять месяцев продаж, даже если бы проход судов в Иран был полностью закрыт. Но поскольку на первых этапах американской блокады сохранялось множество лазеек, объемы вывоза нефти росли и к концу апреля, по оценке аналитической компании Kpler, достигли 190 млн баррелей.
При этом все еще действовало введенное США в марте временное исключение из санкций для иранской нефти, а сокращение поставок из-за блокады Ормузского пролива привело к росту цен на нее до рыночного уровня, который оказался значительно выше, чем до начала войны. Практически всю весну Тегеран торговал нефтью без скидок. Только в конце мая их начали предлагать китайским клиентам — спрос в стране снизился в силу высоких запасов и низкой рентабельности переработки. В целом доходы Ирана от экспорта нефти за эти 12 недель оказались значительно выше, чем в довоенный период.
Нефятные доходы Ирана за 12 недель конфликта с США оказались значительно выше, чем в довоенный период
По мере ужесточения американской блокады запасы иранской нефти, хранившейся в море на танкерах, сокращались и к началу июня достигли 147 млн баррелей. Китай к этому времени снизил импорт до 1,1 млн баррелей в сутки. В данных обстоятельствах у Ирана есть еще четыре-пять месяцев, прежде чем он столкнется с финансовым кризисом.
Проблема переизбытка нефти
Главной проблемой Ирана в условиях американской блокады стало хранение нефти, которую он продолжает добывать, но не может ни экспортировать, ни использовать на своей территории. Когда свободных танкеров стало не хватать, Тегеран начал до предела заполнять резервуары на острове Харк — ключевом нефтяном терминале страны.
По оценке источника в иранской нефтяной промышленности, уже к концу апреля места в хранилищах Харка оставалось на две-три недели новых поступлений нефти, после чего добычу пришлось бы останавливать. Этого иранское правительство стремится избежать любой ценой, чтобы не допустить повреждения части скважин и затрат, связанных с возобновлением работ.
Хранилища на острове Харк действительно оказались заполнены к 13 мая, однако, по словам другого источника в отрасли, Тегерану удалось обойтись без остановки добычи благодаря вовремя принятым мерам по расширению объема хранения и экспорта. Так, в эксплуатацию вернули 41 танкер, ранее выведенный из состава флота.
Эти суда оказались заполнены к первой неделе июня, но на тот момент уже отремонтировали и ввели в строй некоторые старые резервуары на Харке, что обеспечило мощности для хранения еще 10 млн баррелей. Ожидалось, что и эти резервуары будут заполнены за 12 дней.
Другой мерой Тегерана по смягчению последствий блокады стало развитие сухопутных путей экспорта. Открылся железнодорожный маршрут в Китай через Кавказ и Центральную Азию — по нему перевозят около 150 тысяч баррелей в сутки. Также были организованы автомобильные грузоперевозки в Турцию, Пакистан и Афганистан. Это обеспечивало экспорт еще 80–100 тысяч баррелей в сутки, причем часть этого объема, по всей видимости, представляет собой контрабанду.
В перспективе сеть сухопутных маршрутов может быть расширена, но потребуется не менее года, чтобы перевести на это направление сколь-либо заметную долю довоенного экспорта, считает источник в КСИР, ответственный за организацию таких перевозок.
Помимо этого, Иран сохранил возможность частичного морского экспорта через терминал Джаск в Оманском заливе. По данным источника в КСИР, таким образом страна ежедневно отправляет 270–300 тысяч баррелей нефти — как правило, в Индию, по маршрутам вдоль побережья. Всего по состоянию на начало июня объем иранского экспорта составил 500–550 тысяч баррелей в сутки. До начала блокады он достигал 1,2–1,4 млн баррелей в сутки, а до войны — 1,9 млн.
На фоне блокады США Иран сохранил возможность частичного морского экспорта
По оценкам независимых аналитических компаний, основанным на данных о судоходстве, в мае морской нефтяной экспорт Ирана составил 209–260 тысяч баррелей в сутки. Эти цифры близки к показателям, приведенным источником в КСИР. Разница может объясняться тем, что часть судов ходит с отключенными транспондерами, а некоторые поставки, возможно, осуществляются контрабандным путем. По словам того же собеседника, Тегеран разрабатывал планы по организации нелегальных перевозок с использованием небольших судов и лодок. Однако неясно, ввели ли в итоге эти схемы в действие.
Финансовые риски завершения войны
Несмотря на все усилия Тегерана по организации дополнительных каналов экспорта, к июню стало очевидно, что добычу нефти необходимо снижать. Первоначальные планы по закрытию части скважин были отвергнуты: нефтяные инженеры предупредили, что это может привести к необратимому снижению добывающих мощностей.
По словам источника в нефтяной отрасли, вместо этого инженеры нашли способ сократить добычу примерно на 30% без остановки скважин. В июне суточные объемы снизились с 3,5 млн до 2,54 млн баррелей. Около 1,6 млн баррелей в сутки потребляются внутри страны, а 500–550 тысяч экспортируются. Избыточные 250–300 тысяч баррелей пока отправляются в хранилища, однако позднее добычу, возможно, придется сократить еще сильнее, если только Иран не найдет способ быстро нарастить экспорт по суше.
Иран не найдет способ быстро нарастить экспорт нефти по суше, ее добычу придется сократить
По оценке Kpler, в начале июня Иран располагал запасами примерно в 67 млн баррелей нефти и газового конденсата. Если Тегерану удастся достичь окончательного соглашения с Вашингтоном, этого хватит, чтобы в течение нескольких недель поддерживать экспорт на довоенном уровне в 1,9 млн баррелей в сутки, пока идет восстановление добывающих мощностей.
Неясно, однако, как много времени потребует возвращение к прежним объемам добычи. Даже если этого удастся добиться сравнительно быстро, продажи останутся ограниченными, так как многие пустые танкеры все еще находятся вдали от Ирана и не могут оперативно вернуться к работе.
После отмены блокады Ормузского пролива обеими сторонами цены на нефть, скорее всего, начнут падать, так как страны Персидского залива немедленно нарастят экспорт. В результате возникает парадоксальная ситуация: нефтяные доходы Ирана после окончания войны могут оказаться ниже, чем во время конфликта. Такой сценарий особенно вероятен, если США вернут санкции на иранскую нефть, временно снятые сейчас.
Это объясняет, почему Иран не спешил завершать войну любой ценой. Чтобы избежать тяжелого финансового кризиса по окончании конфликта, Тегерану необходимо добиться от Вашингтона постоянного снятия нефтяных ограничений, а возможно, и других уступок. Невыгодный мир несет больше рисков для Исламской Республики, чем продолжение войны.
