В Адыгее власти прогнозируют рост уровня бедности в 2026 году, а увеличение реальных зарплат к концу десятилетия может практически остановиться. При этом официальная безработица останется низкой, хотя отдельные предприятия уже переводят сотрудников на неполную занятость. Это следует из прогноза социально-экономического развития республики на 2027–2029 годы, утвержденного региональным правительством, который изучил The Insider.
По итогам 2025 года доля жителей Адыгеи с доходами ниже границы бедности снизилась с 8,6% до 7,8%. На 2026 год в прогнозе заложен показатель уже в 8,83%. В последующие годы власти ожидают его снижения — до 8,18% в 2027 году, 7,57% в 2028-м и 7,2% в 2029-м. Часть разницы может возникать из-за методики расчета.
Одновременно власти ожидают резкого замедления роста реальных зарплат. Номинальная средняя зарплата должна увеличиться с 65,4 тысячи рублей в 2025 году до 72,1 тысячи в 2026-м и 87,3–88,4 тысячи рублей в 2029 году. Однако с учетом инфляции рост будет значительно меньше: 2,6% в 2026 году, 1,9% в 2027-м, 1,4% в 2028-м и лишь 1% в 2029 году, говорится в отчете. По консервативному сценарию к 2029 году реальные зарплаты будут расти всего на 0,5% в год.
При этом официальная безработица, согласно прогнозу, останется крайне низкой. К 2029 году общая безработица по методологии Международной организации труда составит около 2%, или 4,3–4,4 тысячи человек. Число зарегистрированных безработных ожидается на уровне 0,9–1,1 тысячи человек, а уровень зарегистрированной безработицы — 0,4–0,5%.
При низкой безработице власти одновременно ожидают, что число иностранных работников в Адыгее останется значительно ниже уровня 2024 года. Тогда в экономике республики были заняты 5,6 тысячи иностранных трудовых мигрантов. В 2025 году их число сократилось до 4 тысяч, в 2026-м ожидается 3,8 тысячи. Даже к 2029 году, согласно прогнозу, показатель восстановится лишь до 4–4,1 тысячи человек — примерно на четверть меньше, чем в 2024 году. Для Адыгеи проблема доступности рабочей силы осложняется высокой трудовой миграцией в соседний Краснодарский край.
В том же прогнозе есть также признаки роста неполной занятости, появился по меньшей мере один пример сокращения загрузки работников: ООО «Нерудстройком» с октября 2025 года перешло на четырехчасовой рабочий день. Переход на сокращенный график происходит на фоне более широкой тенденции на российском рынке труда. Как писал The Insider в июне, после нескольких лет острого кадрового дефицита в России начали появляться признаки охлаждения рынка труда. При рекордно низкой официальной безработице все больше работников переводят на сокращенный график, отправляют в простой или неоплачиваемые отпуска.
По данным Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, во второй половине 2025 года около 1,5 млн россиян находились в различных формах неполной занятости. Более 4 млн работников в третьем квартале брали отпуска без сохранения зарплаты — это максимальный показатель с 2017 года. Число сотрудников, которых работодатели переводили на сокращенный график по собственной инициативе, за год выросло более чем в 11 раз.
Особенно заметной эта тенденция стала в промышленности. Около двух третей работников, переведенных на неполную занятость по инициативе работодателей, приходилось на автопром — около 60 тысяч человек. Сокращенную рабочую неделю вводили КАМАЗ, АвтоВАЗ и ГАЗ. Рост неполной занятости ЦМАКП также фиксировал в металлургии, строительстве, торговле, образовании, здравоохранении и сфере услуг.
Несколько предыдущих лет ситуация была обратной: российская экономика испытывала острый дефицит работников. По оценке ЦМАКП, после начала войны спрос на кадры увеличился на фоне расширения оборонно-промышленного комплекса, роста производства для армии и импортозамещения. Одновременно предложение рабочей силы сокращалось из-за демографического спада, уменьшения трудовой миграции и выбытия части трудоспособного населения на войну.
Теперь на фоне замедления экономики дефицит кадров начинает ослабевать, однако компании пока не спешат увольнять работников. После нескольких лет кадрового голода работодатели опасаются потерять сотрудников, которых позднее будет сложно нанять заново, поэтому вместо сокращений используют неполный рабочий день, простои и неоплачиваемые отпуска.